чувство беспричинной тревоги.
– И грянул гром… – прошептал я, всё чётче осознавая надвигающуюся угрозу.
– Простите? – нахмурился мой собеседник.
Прямо из узоров в полу начали ползти вверх огромные стеклянные колбы, отделяя книжные стеллажи от всего внешнего мира. Меня не расплющило толстенным стеклом лишь потому, что Джонни стремительно выдернул меня с узорчатого стыка, откуда выходило стекло.
– Что это?! – крикнул я, пытаясь перекричать пульсирующий звон в ушах и оглушающее сердцебиение.
– Специальная броня, защищающая книги от угрозы. Ядерный взрыв она, конечно, не выдержит, но пожары, выстрелы, потоп и землетрясение в шесть баллов переживёт. Сэр, не стойте, нам пора выдвигаться!
– Куда? Зачем?
– Книжная защита активизируется лишь в двух случаях…
Кажется, я не хочу слышать продолжение.
– В каких?
– В случае вооруженной атаки или природных катаклизмов.
– Да уж, цунами здесь и не пахнет…
Услышав в коридоре чьи-то крики и выстрелы, мы с Джонни не стали медлить и устремились прямиком в гостиную, где я имел обыкновение завтракать за огромным столом. Приладив к уху миттенцер, мой провожатый на ходу переговаривался с другими охранниками, выясняя, каким путём безопаснее всего выходить из особняка. Минуту поблуждав по лабиринтам коридоров, мы выбежали к лестнице, которая выводила в гостиную. Стоило нам пересечь дверной проем, чтобы спуститься в холл, как выход из гостиной заволокло дымовой завесой, полностью закрывая вид на происходящее внизу.
– Стоп! – крикнул начальник охраны и резко толкнул меня в грудь. Пока я двигался по траектории падения, в стене появилась дырка от пули прямо на высоте моей голова.
Шок от происходящего не дал мне опомниться, да и пространственный ориентир в секунду приказал долго жить. Зато мой телохранитель действовал как настоящий профессионал – молниеносно поймав меня одной рукой, другой он уже взводил курок пистолета, целясь в дымовую завесу. Прислонив меня к стене, Джонни освободившейся ладонью нажал на стену, затем повернул маленькую деревяшку в дверном косяке, и для подстраховки ба-бахнул в сторону наших визитёров.
После этих манёвров гостиная начала преобразовываться – массивный стол повернулся на девяносто градусов, и легко, словно картонный, опрокинул себя на пол, оказавшись внешней стороной столешницы к выходу, напоминая собой некое подобие баррикады. Пока обеденная мебель превращала себя в боевое укрытие, Джонни кривыми прыжками направился к нему, схватив меня как маленького щенка в охапку. Понадобилось буквально три прыжка, и мы уже сидели в импровизированном укрытии.
– А они его не прострелят? – кричу сквозь грохот перестрелки.
Джонни несколько раз выстрелил вслепую из нашего укрытия и повернулся ко мне.
– Нет, сэр. В столешницу вмонтирована титановая сердцевина. Если даже они попробуют его взорвать, у них ничего не получится.
Так вот почему стол такой большой! Оказывается, это не мания величия, а специальные меры предосторожности. До чего же я, оказывается, продуманный «старый пень»!
Тем временем раздался оглушающий резкий хлопок, и наше укрытие сотрясла ударная волна взрыва, доказав истинность утверждения моего телохранителя – стол был своеобразной бронёй, которая могла выдержать самые тягостные испытания изобретательных оружейников.
– Сдавайся, убийца! – прокричал некто по ту сторону баррикады. Голос был так искажён, что воображение рисовало устрашающие картины гибрида человека и машины. – Сдавайся, и мы не тронем остальных!
– О нет, – сморщился начальник охраны. – Только не они. Боже, ну почему именно они?
– А кто это, «они»?
– Красные демоны… – прокричал Джонни и продолжил перестрелку с невидимыми недоброжелателями.
Вызвав рабочий дисплей миттенцера, я запросил информацию о «Красных демонах»: эти ребята оказались теми еще засранцами, заставив неприятно поморщиться всю мировую общественность. Свою полувековую историю мирового террора они венчали «Азиатским конфликтом», в котором пресса так яростно обвиняла меня. Назывались они так из-за капюшонов и красных повязок на лицах, под которыми прятались специальные маски искажающие голос до мракобесной неузнаваемости. Таких и опознать было сложно, и их образы «чёрный-капюшон-красная-повязка» вызывал почти мистический ужас у всех, кто с ними сталкивался.
– Сэр, – как в лихом вестерне, Джонни ловко зарядил свой пистолет новой обоймой. – Вам нужно выходить через другой выход. Сэм вас проводит.
Начальник охраны кивнул на дверь закамуфлированную под стену, откуда обычно появлялась прислуга. Буквально через минуту из неё выскочил ещё один охранник, и, загораживая меня от пуль, вывел из «горячей точки».
– Куда теперь? – спросил я, оглядывая нового провожатого, описать которого можно одним коротким словом – амбал.
– Следуйте за мной, сэр, – отрывисто пробасил он. – Идите только тогда, когда я дам отмашку.
– Эйприл успела вернуться?
– Да, сэр.
– Чёрт!
– Не беспокойтесь, она в укрытии. Её никто не найдет. Она в безопасности. Следуйте за мной, сэр.
И мы пошли, пробираясь сквозь узкие перешейки между коридорами и комнатами. Наши блуждания в хитросплетениях тайного хода со всех сторон сопровождались топотом, выстрелами и криками, накаляя всеобщую обстановку боевого хаоса. Несколько раз нам встречались люди из прислуги, прятавшиеся в укромных местах, и амбал, связываясь с остальными охранниками, коротко давал советы, бежать в другое место или оставаться на месте.
В итоге мы оказались на третьем этаже особняка, где находился мой рабочий кабинет. Выглядывая из потайной двери, выводившая в очередной коридор, мы убедились, что опасности нет, и продолжили аккуратно двигаться к заветному выходу. Идти нам пришлось недолго – из дальнего поворота прямо на нас вышел представитель капюшонных захватчиков. Пока у меня перехватывало горло от липкого страха, амбал ловко крутанул меня за угол и следом за мной переместился в укрытие. Движение охранника было настолько быстрое и бесшумное, что заметить нас «красный демон» просто не успел, и продолжил осматривать комнату за комнатой.
– А по… – хотел было я прошептать вопрос, зачем мы тут остановились и почему не убегаем в другую сторону, но мой провожатый зажал мне рот и жестом приказал молчать.
Тем временем «красненький» открыл дверь очередной комнаты, той самой, что была с квадратной ручкой. Осторожно пересекая дверной проём, он аккуратно занес ногу за порог, тихонько наступая на пол и…
С ужасным криком провалился сквозь пол!
– Мать моя! – вскрикнуло моё удивление, обходя все запреты телохранителя.
– Сэр, прошу вас, тише… – раскатистым басом прошептал амбал. Как он мог такой глубокий и зычный голос превратить в шёпот, одному Богу известно. Но сейчас меня волновало совершенно иное.
– Да подожди ты! Как же такое… – отмахнувшись от осторожного провожатого я подошёл к порогу «комнаты-ловушки».
Слегка соприкоснувшись с полом, моя нога легко ушла в материю деревянного настила как тёплый нож в топленное масло, игнорируя все законы физического взаимодействия тел. Мне потребовалось несколько раз "окунуть" ногу в пол, чтобы вскрикнуть «ШМЯК меня побери!»
– Сэр, прошу вас, пойдёмте отсюда, – не унимался амбал.
